une corde tombant
du dehors; c'etait la corde d'une cloche, et je l'allais tirer
doucement, quand je me sentis saisir le bras par Gerard; son geste, au
contraire d'arreter le mien, l'ampli..
Она всегда
была с ним ровна, но ей стоило больших трудов вовлечь Джоя в разговор,
когда у них в доме собиралось общество. Джой предпочитал отсиживаться в
углу, че..
Задняя нога была сломана в двух местах, вокруг нее висела грязная тряпка. Я
вынул носовой платок и сделал, по мере возможности, перевязку.
&n..
... Большая, прекрасная, с длинными
черными волосами землемерова голова нелепо болталась - чужая мушиным ножкам
голова - с трудом нес чужую голову. Мужики сзади гоготали - знал землемер:
все над теми же его бабьими полусапожками на высоких каблуках - и сам
смеялся все пуще.
Лизавета Петровна была еще у себя, наверху. Землемер один, в угловой
бильярдной, укладывал чемодан. Значит, опять - Москва, протабаченная пустая
комната, и, быть может,- уж никогда больше в жизни...
Показалось: потукивание легких шагов в гостиной. Выбежал: никого,
пусто. И только где-то легонько в венцах дубовых стен или в красного дерева
креслах - поскребывал шашель. Вспомнил, как-то раз бухнулся с размаху в
кресло, а ножка-то - кряк вместо дерева - внутри уж труха, дым. Нянька
Авдевна выметала, ворчала под нос:
- У нас все чуть лепито, а ты эка, батюшка бякнулся как.
"Все - чуть лепито,- думал землемер,- чуть потяжелее, чем сон. Дохнуть
- и нету. И не надо дышать не надо говорить, называть вслух: пусть -
сон..."
После обеда сидели с Лизаветой Петровной на балконе - последний раз.
Тени от лип быстро длиннели, налегали все тяжелей. Под полом начали точить
свои ножички три-четыре сверчка. Всё острей ножички, и в виске бьется все
чаще.
- Полем проходил - хлеб-то уже в одоньях ст-стоит...- будто бы про
хлеб землемер, но Лизавета Петровна - слышала про что.
- Да, вот и конец лету...- Помолчала.- Так вы это окончательно решили:
завтра?
- О-к-к-кончательно. Да оно, может, и лучше так-то.
- Вы так хорошо знаете, что лучше? - и где-то еще ближе от Лизаветы
Петровны, еще чаще заточили сверчки.
Землемер усмехнулся:
- Вернее знаю, что хуже. Вот я нынче с астролябией ходил-ходил,
жарища, и про к-к-квас думал: ничего нет на свете лучше квасу...
