На корабль явился вчера, бледный, взволнованный, в умопомрачительно отутюженной форме, вытянулся, руки по швам.
— К вашим услугам, господин капитан.
— Вот что, господин Вринс, — усмехнулся П..
Так
слушайте. В прошлом году здесь было, конечно, так же пусто, как и сейчас:
тот же самый господин из Милана целыми днями ловил рыбу, а..
Но, к величайшему удивлению, нагоняя он не получил и врать ему не
пришлось.
&n..
«Семейный человек», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Слово о Родине», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Смертный враг», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Фельетоны», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Червоточина», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Чужая кровь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Шибалково семя», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Главы из романа
Теме героического подвига советского народа в Великой Отечественной
войне - одной из главных в творчестве выдающегося мастера литературы
социалистического реализма Михаила Александровича Шолохова - посвящены главы
из романа "Они сражались за Родину" (1943-1969), рассказ "Судьба человека"
(1956-1957) и очерк "Слово о Родине" (1948), в которых автор стремится
поведать миру суровую правду о том, какой огромной ценой оплатил советский
народ право человечества на будущее.
Издательство "Художественная литература", Москва, 1983
Текст печатается по изданию:
Михаил Шолохов. Избранное. Издательство "Известия", М., 1980 г.
На синем, ослепительно синем небе - полыхающее огнем июльское солнце да
редкие, раскиданные ветром, неправдоподобной белизны облака. На дороге -
широкие следы танковых гусениц, четко отпечатанные в серой пыли и
перечеркнутые следами автомашин. А по сторонам - словно вымершая от зноя
степь: устало полегшие травы, тускло, безжизненно блистающие солончаки,
голубое и трепетное марево над дальними курганами, и такое безмолвие вокруг,
что издалека слышен посвист суслика и долго дрожит в горячем воздухе сухой
шорох красных крылышек перелетающего кузнечика.
Николай шел в первых рядах. На гребне высоты он оглянулся и одним
взглядом охватил всех уцелевших после боя за хутор Сухой Ильмень. Сто
семнадцать бойцов и командиров - остатки жестоко потрепанного в последних
боях полка - шли сомкнутой колонной, устало переставляя ноги, глотая
клубившуюся над дорогой горькую степную пыль. Так же, слегка прихрамывая,
шагал по обочине дороги контуженный командир второго батальона капитан
Сумсков, принявший на себя после смерти майора командование полком, так же
покачивалось на широком плече сержанта Любченко древко завернутого в
полинявший чехол полкового знамени, только перед отступлением добытого и
привезенного в полк откуда-то из недр второго эшелона, и все так же, не
отставая, шли в рядах легко раненные бойцы в грязных от пыли повязках.
Было что-то величественное и трогательное в медленном движении
разбитого полка, в мерной поступи людей, измученных боями, жарой, бессонными
ночами и долгими переходами, но готовых снова, в любую минуту, развернуться
и снова принять бой.
Николай бегло оглядел знакомые, осунувшиеся и почерневшие лица. Сколько
потерял полк за эти проклятые пять дней! Почувствовав, как дрогнули его
растрескавшиеся от жары губы, Николай поспешно отвернулся. Внезапно
подступившее короткое рыдание спазмой сдавило его горло, и он наклонил
голову и надвинул на глаза раскаленную каску, чтобы товарищи не увидели его
слез...
... Неожиданно из-за угла дома появился парень, и, увидев шедшего навстречу Паркера, замедлил шаг, и, глядя вперед, с нарочито безразличным видом прошел мимо. Паркеру его лицо показалось знакомым. Да, он видел этого малого в вестибюле гостиницы. "Ну что ж, отлично", - подумал Паркер. Перед тем как дать согласие на участие в пока еще неизвестной авантюре, полезно знать, с кем имеешь дело. Полус всегда старался перестраховаться, но это у него получалось как-то неуклюже. Если этот парень не переодетый полицейский, а он из-за своего щуплого телосложения похожим на него никак не был, то получалось, что его следить за Паркером приставил Полус. Более того, одет он был как безработной: поношенные брюки, старая кожаная куртка коричневого цвета. Ко всему прочему, на лице его лежала печать неудачника. Нет, такой полицейским быть не может!
Дойдя до угла, Паркер остановился, но не оглянулся. Проще всего в такой ситуации было бы вернуться в гостиницу, собрать чемодан и поехать в аэропорт Ньюарк. Оттуда позвонить Полусу и первым же рейсом улететь в Майами. Именно так и поступил бы Паркер, если бы следивший за ним парень хоть немного бы напоминал сыщика. Поэтому, прежде чем решиться что-либо сделать, Паркеру надо узнать, кто на самом деле этот малый.
Паркер свернул направо и, пройдя несколько шагов, услышал, как где-то впереди прогудел поезд. Он огляделся. Район, в котором оказался Паркер, производил унылое впечатление: по обеим сторонам пустынной улицы тянулись склады с закопченными кирпичными стенами и забитыми досками воротами. По пустырям, лишенным какой-либо растительности, в разные стороны расходились протоптанные дорожки. Часы показывали всего лишь начало одиннадцатого, а небольшой ресторанчик, попавшийся Паркеру, был уже закрыт.
Каждый раз, сворачивая за угол, Паркер незаметно поглядывал на парня. Тот, держа руки в карманах и изображая из себя бесцельно бродившего по городу прохожего, упорно следовал за ним и больше чем на квартал от него не отставал.
Неожиданно впереди показался автомобиль. Это была первая машина, которая попалась Паркеру за последние пять минут...
